Нечаева М.Ю. Дебют самозванца (Продолжение: Часть 3)

 Начало: Часть 1, Часть 2

 «Союз меча и орала» в уральском исполнении

В ноябре 1926 года Михаил Поздеев снова появился в окрестностях Каменска у своей давней знакомой Татьяны Абросимовны, той самой вдовы, которой посчастливилось поить чаем царя Николая и других особ царской фамилии, среди которых она числила и самого Михаила. Считая своим долгом обеспечить безопасность «великого князя», она рекомендовала ему останавливаться впредь у людей проверенных и надежных, назвав в их числе своего знакомого священника Иакова Кашина, жившего в селе Куликовском. 

Священник с.Куликовского Иаков Кашин. Фото из следственного дела 1927–1928 гг.

Пятнадцатого или шестнадцатого ноября, часов в восемь-девять вечера, в квартиру священника Иакова постучал неизвестный ему монах. Он сослался на знакомство с Татьяной Абросимовной и попросился переночевать. Порасспросив пришельца и убедившись, что тот «человек неподозрительный», священник впустил его, накормил ужином и позволил остаться на ночь. После ужина разговорились, монах рассказал о своих странствиях и в порыве откровений сообщил, что на самом деле он не кто иной как брат царя великий князь Михаил Романов. Отец Иаков усомнился, тогда гость достал свои фотокарточки и показал ему (это были те самые фотографии, на которых он был снят с монахинями и Александром Фалалеевым, в костюме иеромонаха). Тут-то священник и припомнил, что в его селе тоже есть фотоаппарат, к тому же у людей проверенных и надежных - у двух монашек, живущих рядом и весьма почитающих местного батюшку, который слыл у них за прозорливого. Отец Иаков предложил своему высокому гостю сфотографироваться в костюме князя. «Великий князь» оробел, тогда батюшка пристыдил его за недостойный страх и сообщил, что у него уже бывал царь Николай, тоже переночевал и даже кое в чем помог, что видел он и царевича Алексея с княжной Марией, и вообще дело это вполне безопасное и почетное. Гость заколебался, тогда хозяин, стараясь окончательно убедить его в легкости задуманного, начал мастерить наряд князя. Кресты и медали он вырезал из бумаги, эполеты соорудил из нашивок на ризу, раздобыл белую ситцевую ленту и послал прислугу к монашкам за еще одной, коленкоровой. Сделать костюм князя оказалось действительно довольно просто. Сметливый священник тут же объяснил трусоватому гостю, в каком виде он должен сняться. В ход пошли и имевшиеся у священника фотографии подлинных членов царской фамилии: последнего русского императора Николая II и его супруги Александры Федоровны, родителей царя Николая и великого князя Михаила императора Александра III и императрицы Марии Федоровны. Эти фотографии были аккуратно разрезаны так, чтобы вклинить в них портрет новоявленного Михаила Романова.

 Монахиня Екатеринбургского Ново-Тихвинского монастыря Пелагия  Брылина. Фото из следственного дела 1928 гг.Монахиня Екатеринбургского Ново-Тихвинского монастыря Матрена Узких. Фото из следственного дела 1927–1928 гг.

Утром священник Иаков отвел гостя к монахиням Матрене и Пелагее. За чаем им объяснили задачу. Женщины испугались, но авторитет батюшки был силен. Вскоре священник отправился в церковь, сказав одной из инокинь зайти к нему за рясой, епитрахилью и крестом, дабы сделать еще один снимок Михаила, в иеромонашеском облачении. Сам «великий князь» к тому времени приободрился и действительно был сочтен мастерицами фотографии за отпрыска императорского дома. Снимки получились неплохо. Посмотрев на результат своего замысла, священник Иаков остался доволен и проявил недюжинные коммерческие задатки, предложив «великому князю» свои услуги по их распространению, а также по презентации самого «князя» в надежных кругах. Предполагаемые доходы от предприятия предложено было делить пополам.

Батюшка спешно собрал наиболее надежных верующих и представил им Михаила. Присутствовавшим было предложено жертвовать, кто сколько может, для князя, ибо все люди братья и Господь заповедал помогать ближнему. Впоследствии такие собрания в окрестных деревнях с подачи отца Иакова устраивались неоднократно, а сам Михаил вскоре снискал репутацию общепризнанного великого князя.

Монахиня Грязновской женской общины Мария Соловьева. Фото из следственного дела 1927–1928 гг. Церковный староста села Троицкого Яков Перевалов. Фотография из следственного дела 1927–1928 гг.

Из села Куликовского Иаков Кашин отвез Михаила обратно к Татьяне Абросимовне, которая уже успела обрадовать новостью о возвращении «князя» монахиню Марию Соловьеву, не преминувшую нанести почтительный визит высокому гостю. Случайно заглянувший к знакомой Дмитрий Назарович Головин, крестьянин села Троицкого, пригласил всех присутствующих к себе, на церковный праздник «Иванов день», на который обычно съезжались и верующие из окрестных приходов. Бывал на этом празднике обычно и куликовский священник Иаков Кашин.

Священник села Троицкого Петр Ившин. Фотография из следственного дела 1927–1928 гг.Член церковного актива с.Троицкого Дмитрий Головин. Фото 1927–1928 гг.

 26 ноября Михаил Поздеев с гостеприимной вдовой и монахиней Марией Соловьевой приехали в село Троицкое. Остановились у Дмитрия Назаровича. Как и подобает людям верующим, отправились в церковь на утреннюю службу. Михаил Поздеев истово крестился, ставил свечки и кланялся перед всеми иконами, чем сразу же привлек внимание местного священника Петра Ившина. Когда священник пошел по домам с крестным ходом, он неоднократно слышал, что прибыл некий иеромонах, быть может, даже князь. Поэтому узнав, что таинственный приезжий будет вечером у церковного старосты Якова Перевалова, он не преминул нанести визит. 

Гости собрались у церковного старосты ближе к вечеру, часа в 4-5. Были там Михаил Поздеев, Мария Соловьева, давняя знакомая хозяина дома, Дмитрий Назарович Головин, председатель церковного совета Михаил Иванович Осинцев, через час подошли местный священник Петр Ившин и, вероятно, Иаков Кашин.

Мария Соловьева, сама безусловно верившая в высокое происхождение Михаила, уже до собрания успела сообщить об этом и Головину, и Перевалову, теперь же бдительно следила за тем, чтобы с почетным гостем обращались предельно уважительно. Вошедшему Михаилу Осинцеву гость был представлен как иеромонах, и монахиня недвусмысленно напомнила, что ему следует поклониться в ноги и испросить благословение.

Хозяин пригласил к чаю. За столом Михаил вел себя важно и на вопросы отвечал туманно, изрекая реплики типа: «Мое жительство между небом и землей» и «Мое происхождение очень высокое». Войдя в образ, сообщил и о своих способностях полиглота: знал он, не более не менее, как 12 языков. Такими познаниями никто из присутствующих больше похвастаться не мог, однако и среди местных жителей были люди сведущие, и троицкий священник Петр Ившин начал задавать вопросы на вотяцком языке (священник и сам был вотяком). К счастью для Михаила, именно этот язык он знал с детства, поскольку родом был из Вятской губернии. Экзамен прошел удачно, а все присутствовавшие еще раз уверились, что таинственный гость - человек непростой. Мысль о том, что особа царского рода должна знать скорее европейские языки, чем языки местного населения Урала, никому не пришла в голову.

Дальнейший разговор шел уже по-вотяцки исключительно между Михаилом Поздеевым и Петром Ившиным. Итогом его стало заявление священника о подлинности великого князя, а также захватывающее дух заявление о том, что сия высокая особа в 1927 году взойдет на царский престол в России, в чем ей помогут мировые державы, уже принявшие такое решение, и, надо полагать, скромный коллектив единомышленников, присутствующих здесь. Всех просили соблюдать конспирацию и всячески способствовать безопасности претендента на императорский трон. Сам Михаил таинственно молчал. 

Детали беседы на вотяцком языке оба собеседника на допросах излагали совершенно по-разному. По версии Поздеева, священник уговаривал его открыться в своем происхождении ему одному, как священнику и лицу вполне верящему ему, обещал полное содействие и просил переехать в его собственный, более просторный и посему более подобающий его сану дом, а легенду о восшествии на престол выдумал сам. По версии Ившина, он ни на минуту не поверил незнакомцу, даже тогда, когда тот показал свои фотографии в окружении членов императорской фамилии, и никаких слухов не распространял, а посему и не несет за них ответственности. Впрочем, слухи начали действительно распространяться, и как на источник информации местные жители обычно указывали именно на священника Петра. На следующий день таинственного приезжего видели в церкви, где он уже стоял не вместе со всеми, а отдельно на хорах. И хотя одет был незнакомец в обычный костюм, между людьми стали поговаривать, что это подлинно князь Михаил. 

Из Троицкого Михаила Поздеева и Марию Соловьеву Дмитрий Назарович Головин увез в Каменск. Там он получил шапку и шарф, пожалованные с «княжеского» плеча, и три рубля от его спутницы. Далее «великий князь» и монахиня поехали одни. Путь их лежал в Свердловск.

Поездка была задумана еще в Троицком. Своей спутнице Михаил сказал, что должен встретить «гостей» из белогорских пещер, и хотя не уточнял, кто это, но таинственный вид самого «великого князя» заставлял предполагать скорую встречу с высокородными особами. Мария Соловьева со своей стороны намеревалась посетить игуменью Магдалину, у которой, по туманным слухам, бывали какие-то неизвестные люди.

Настоятельница Екатеринбургского Ново-Тихвинского женского монастыря игуменья Магдалина (Досманова) (1896–? гг., ум. в 1939 г.)Сюжет дальнейшего был лихо закручен бывшим «артистом Императорских театров». На свердловском вокзале он оставил наивную и доверчивую двадцатисемилетнюю Марию, приказав ждать его, сам сел в автомобиль и уехал. Вернувшись через час, Михаил сообщил, что дела обстоят скверно, что он побывал у игуменьи Магдалины и выяснил, что «гости» не приехали, а в «пещерах» все арестованы. Насмерть перепуганной монашке Михаил великодушно купил билет на поезд и порекомендовал скрыться не медля. Уговаривать дважды Марию не пришлось. Сам же Михаил исчез в неизвестном направлении, бесспорно найдя удачную развязку детектива, в который иначе пришлось бы вводить новых действующих лиц. 

Это была вершина карьеры «великого князя». Дело, начинавшееся мелким надувательством с целью получения небольших средств к существованию, внезапно перешло в разряд политических. Михаил понимал, что роль претендента на царский престол ему явно не по плечу, но законы жанра были непреклонны. За ним тянулся шлейф славы князя, и старые, отработанные легенды, кормившие его много лет, невольно приобретали новый смысл. В «пещерах» вместо святых старцев оказались неведомые особы царского рода, а сами поездки любопытного Михаила с целью разыскать царевен, наследника, царя в свете перспективы скорого восшествия на императорский трон с помощью иностранных держав приобретали совсем иной смысл. Новые знакомые стали тяготить и пугать Михаила. Чрезмерно деловой поп Иаков, активно промышлявший распространением фотографий и сбором средств уже на самого «Михаила Романова», вызывал опасения. После очередного тура по деревням между Иаковом и Михаилом произошло бурное объяснение, в результате которого Михаил заявил, что он не желает участвовать более в обмане, и предложил Иакову впредь обращаться к услугам не его, «великого князя», а к самому «царю Николаю», раз уж тот навещал прозорливого священника. Компаньоны расстались, затаив злость и разочарование друг в друге.

Слава «великого князя» достигла ушей осведомителей ОГПУ. 12 мая 1927 года был объявлен розыск «Михаила Романова». Сам он, впрочем, не ведал об этом, продолжая разъезжать по монастырям, церквям, месяцами живя в деревне Посад Оханского района. Судьба хранила авантюриста: летом 1927 года он ушел буквально из-под носа милиции в Каслях, уже идущей по его следу.

Но любопытство не давало покоя Поздееву. В начале октября, получив письмо от своего знакомого о том, что в Свердловске должны появиться княжна Ольга и царевич Алексей, он без денег отправился в путь, намереваясь по дороге кое-что получить у кунгурских монашек, и там-то, в Кунгуре, был опознан и арестован.

 Окончание: Часть 4

 

Поделиться:  


в разработке

Документы общеправославного значения

Современные межправославные отношения

Древлеправославная Церковь Христова Белокриницкой иерархии

Русская Православная Старообрядческая Церковь в Румынии

Русская Древлеправославная Церковь

Расколы и разделения в Русской Православной Церкви XX-XXI ст.

Украинские церковные расколы

Русская Православная Церковь Заграницей и греческий старостильный раскол

Расколы в Румынской Православной Церкви

Расколы на территории Западной и Центральной Европы

Episcopi vagantes

Внутрицерковное сектантство и околоцерковная мифология