2. Раскол, его причины и последствия
Автор: В.В.Чепланов | Рубрика: Книги
В начале 1991 года благочинным второго округа (Кузнецкого) Пензенской епархии МП, куда входит и Димитриевская церковь, был назначен настоятель Казанского храма города Кузнецка протоиерей Николай Прокофьевич Гудков [49]. Горячий, ревностный пастырь и неутомимый труженик на Христовой ниве, впоследствии митрофорный протоиерей Николай, принявший перед кончиной постриг с именем Феофан, за пятнадцать лет своего кузнецкого благочинства выполнил непосильную задачу возрождения православной жизни в районе и заслужил искреннюю благодарность и любовь своей паствы. Но, как говорится, из песни слов не выкинешь: были и в его жизни решения, которые наверняка хотелось бы изменить. Именно к таковым можно отнести его роль в посельском конфликте.
По прибытии в Поселки, не разобравшись в сложившейся обстановке, отец Николай в резкой форме указывает настоятелю Димитриевской церкви иерею Геннадию о недопустимости священнику на приходе заниматься коммерцией, к области которой благочинный отнес пасеку и производство мебели. Не выбирая выражений, используя ненормативную лексику, благочинный пытается "вразумить" и священника, и присутствовавших при этом прихожан [49;50;52].
Авторитарный стиль общения, всякие вольности, грубости и оскорбления, допущенные прилюдно отцом Николаем в отношении настоятеля и паствы, стали видимой причиной не залеченного до настоящего времени конфликта. Причем конфликт сразу вышел за рамки приходского, храмового - он захватил все село и невольно приобрел следующую формулу: приход храма св. Димитрия Солунского (фактически жители сел Поселки и Никольского) - против кузнецкого благочинного протоиерея Николая (фактически - Пензенской епархии МП).
Здесь проявился независимый и свободолюбивый характер посельчан, и проявился он двояко. С одной стороны, прихожане становятся активными защитниками своего первого духовника, ставшего близким им иерея Геннадия. С другой стороны, из-за грубых и непродуманных действий отца Николая в посельской пастве родилось неприятие церковной власти как таковой. Посельский менталитет, дозволяющий родным братьям при дележе наследства становиться непримиримыми врагами на всю жизнь, при появлении "неприятеля" внешнего воспринимается как посягательство на свободу каждой личности в индивидуальном порядке и "обчества" в целом. Отныне отдельные действия руководства Пензенской епархии и Московской Патриархии сельчанами рассматриваются через призму их взаимоотношений с отцом благочинным. Конфликт, не уврачеванный изначала, со временем набирает силу и выливается в открытое противостояние.
Высокопреосвященнейший Серафим (Тихонов), архиепископ Пензенский и Кузнецкий, долго беседовал с отцом Геннадием [45], вразумлял его, говорил о невозможности одновременно "служить Богу и мамоне", предлагал сделать выбор: "Или священник, или коммерсант - выбирай что-то одно". Видимо, отец Геннадий свой выбор сделал сознательно.
К тому времени Е.Жилкина, активная участница восстановления наряду с другими и Димитриевского храма, уже наладила тесное сотрудничество с епископом Валентином и зарегистрировала как минимум три общины в юрисдикции РПЦЗ [14].
Она предлагает сельчанам [52,1], приходскому совету и отцу Геннадию подать прошение епископу Валентину о принятии прихода храма св. Димитрия под свой омофор. При этом всячески подчеркивалось, что это именно та церковь, старая, дореволюционная, которая не пошла на соглашательство с советской властью, где не было "красных попов", а подтверждением старины служит то, что резиденция ее расположена в древнем Суздале.
Собственно, Жилкина не лукавила, она действительно в этом была уверена и веру свою распространяла среди других. Сама прошедшая через церковное прещение, но невразумленная, Евдокия Семеновна по церковно-правовой необразованности не видела никакого различия между двумя ветвями Русской Православной Церкви. Тем более проблематикой России как "миссийной территории" РПЦЗ она никак не занималась. Для самих же посельчан уход от давления со стороны церковной иерархии Московского Патриархата в лице благочинного и присоединение к более "правильной и древней" Суздальской церкви были настолько желаемы, что о других путях решения проблемы уже и слушать никто не хотел.
В тот период, да и позже, о Суздальской Церкви (так в Поселках называли Российскую Православную Свободную Церковь Суздальской епархии в юрисдикции РПЦ Заграницей) отдельные сельчане без благоговения и некоего мистического придыхания не говорили. Шутка ли! Составляющие одного только названия чего стоят: Россия, Православие, свобода, Церковь, Суздаль, заграница. Голова кругом - поди, разберись! Да и разбираться в юрисдикционных хитросплетениях желания у прихожан не было.
Эти семена легли на готовую почву, вспаханную деструктивной позицией отца Николая в Поселках и обильно удобренную ответным гневом и противостоянием посельчан. Решение о переходе прихода в подчинение к епископу Валентину в селе было практически единодушным, да другого в сложившейся обстановке не следовало и ожидать. Прошение епископ Суздальский Валентин принимает и своим указом от 29 января 1992 года назначает иерея Геннадия Варламова настоятелем Свято-Димитриевского храма села Поселки [42,2].
После внутреннего епархиального расследования и рапорта Святейшему Патриарху указом [66,114] архиепископа Серафима, управляющего Пензенской епархией РПЦ МП № 47 от 31 января 1992 года иерей Геннадий Варламов освобожден от занимаемой должности настоятеля Димитриевского храма, и ему запрещено священнослужение. Но отец Геннадий, несмотря на запрещение, поддерживаемый посельчанами, продолжает служить, поминая митрополита Виталия и епископа Валентина, и храм освобождать не собирается [13]. Именно в этот момент конфликт, имевший до этого перманентный характер, приобретает резко очерченный вид раскола.
Противодействие с начала 1992 года организуется настолько четко, уверенно и масштабно, что за внешним его проявлением невооруженным глазом видна поддержка, выходящая за рамки возможностей приходского актива, так называемой "двадцатки". И сила эта не эфемерна. На сторону своих взбунтовавшихся земляков встает директор одного из обществ с ограниченной ответственностью, очень грамотный, волевой, действительно и заслуженно авторитетный в районе человек, имеющий на посельский актив полное и беспрекословное влияние. Здесь не нужно было его личного вмешательства или руководства, достаточно было заручиться поддержкой неформального лидера, что и было сделано. А недостатка в бесшабашных головах, готовых к активным действиям, в Поселках не было никогда. Кроме того, на должный уровень была поставлена информационная разведка, без которой организация действенного противостояния невозможна или малоэффективна. Практически обо всех планируемых посещениях села представителями местной власти или епархиальными священниками в тот период активу становилось известно заранее, что предоставляло возможность подготовиться соответствующим образом.
Пензенское епархиальное руководство не единожды пытается решить затянувшийся конфликт миром, но безуспешно. Каждый приезд в Поселки епархиальных священников выливается с виду в стихийную демонстрацию, а на деле уже четко отлаженное и срежиссированное действо.
Помощнику управляющего Пензенской епархией протоиерею Сергию Лоскутову, прибывшему с группой священников для очередного вразумления паствы, посельские активисты вручили портреты правящего архиерея и Святейшего Патриарха как знак полного отторжения патриаршей духовной власти [45]. Архиепископа Серафима по приезде в Поселки укоренившиеся в противостоянии посельчане встречают бревенчатыми баррикадами перед церковными воротами и, угрожая поджечь принесенным бензином, в храм не пускают [50,1]. Какой-либо диалог становится невозможным, и епархиальное руководство подает в суд.
В исковом заявлении от 26 мая 1992 года истцом - Пензенской епархией сообщалось о неправомерности действий ответчика Варламова Г.И., отложившегося от РПЦ МП и перешедшего в лоно Зарубежной Церкви, в использовании им свидетельства о регистрации № 0003 от 22.08.1991 г. при совершении юридических сделок, ведении производственно-хозяйственной деятельности, а также в препятствовании проведению богослужений священниками Пензенской епархии [37,2].
Кузнецкий районный суд своим решением от 5 ноября 1992 года обязал Варламова Г.И. "не чинить препятствий Пензенской епархии РПЦ МП в пользовании приходом св. Димитрия Солунского... и освободить здание церкви" [42,2].
Для исполнения судебного решения в село прибывают судебный пристав и несколько епархиальных священников во главе с помощником управляющего епархией протоиереем Сергием Лоскутовым. Прибывшая для исполнения решения суда судебный пристав на недоумение священников по поводу отсутствия милиции пояснила, что отец Геннадий ей гарантировал непротивление действиям власти со стороны прихожан, а следовательно, милицейское присутствие становилось необязательным. Но сельчане подготовились к этому приезду основательно и встречают представителей власти и епархии многочисленным шумным митингом с плакатами: "Долой красных попов", "Руки прочь от Поселок" и тому подобными. Прихожане никого из прибывших представителей в храм не пускают, они срывают печати с дверей храма, опечатанных приставом. Попытки вразумления посельчан со стороны отца Сергия заглушаются криками и ругательствами, сыплющимися из возбужденной и агрессивно настроенной толпы [48,1].
Не доводя дело до абсурда и небезосновательно опасаясь кровопролития, никем не защищенные гости уезжают ни с чем. Сразу же (словно он находился где-то неподалеку, в пределах видимости всего происходящего) к церкви подъезжает наряд милиции, но реагировать было уже не на что [50,1].
Вскоре в Кузнецк прибывает архиепископ Серафим, имея целью посетить Поселки с очередной попыткой вразумления народа. В то время, когда он в бухгалтерии Казанского храма обсуждал со священниками сложившуюся ситуацию и пути выхода из нее, в комнату буквально ворвались две женщины, примчавшиеся из Поселок. Они сообщили, что в селе "готовы к приему" архиерея. Возле храма собралась половина села, люди вооружились транспарантами и эмоционально подогреты. К церкви подогнали пожарный автомобиль, и вышедшего из машины владыку встретит струя из лафетного ствола [50,1]. Ни о каком диалоге, а уж тем более увещевании в такой обстановке не могло идти и речи.
Владыка Серафим принимает единственно правильное решение - вернуться в Пензу. Его машину и машину настоятеля Казанского храма иерея Димитрия Поповича под милицейской охраной долго сопровождает целая кавалькада посельских легковушек с взрывной молодежью. И только на значительном удалении от поворота в село они прекращают "эскортирование".
В этот же день не установленные органами правопорядка лица выбивают все окна в архиерейской комнате при Казанском храме и в доме отца Димитрия. Кроме того, отцу Димитрию возле церкви разбивают машину [50,2].
Епархиальное руководство в такой ситуации отказывается со своей стороны от активных действий, решает сделать паузу, чтобы страсти несколько улеглись.
В конце 1993 года архиепископ Серафим обращается к председателю Кузнецкого районного суда (исх. № 359 от 09.12.1993)[36] с просьбой выполнить решение суда надлежащим образом, но, вероятно, помня происшедшее, власти на активные действия не решаются. Так первое решение суда осталось неисполненным.
В какой-то момент отец Геннадий Варламов, видимо, понимает, что это дорога в никуда. Он, желая сгладить конфликт и как-то постепенно приучить прихожан, приглашает сослужить с ним иерея Димитрия Поповича, заверив, что посельчане подготовлены и ничего против его служения не предпримут. Отец Димитрий, получив разрешение от правящего архиерея, со своим хором прибыл в Поселки. Уже готовясь к службе и облачаясь в алтаре, он услышал шум и крики в храме: "Мы тебе не дадим служить..."[50,1]. Очень быстро среди небольшой части прихода, готовой к компромиссу, появляются нежданные раскольничьи активисты и срывают службу. Заверения отца Геннадия оказываются несостоятельными.
Да, собственно, от самого отца Геннадия к тому времени мало уже что зависело. Он потерял влияние на приход, поскольку общественное мнение оформилось, устоялось и приобрело вид четкой оппозиции законному священству и Московскому Патриархату в целом.
Таким образом, к концу 1992 - началу 1993 года приход храма св. Димитрия Солунского по самочинию окончательно выходит из юрисдикции Русской Православной Церкви Московского Патриархата.
