Преподавание истории и обличения церковного раскола на миссионерских отделениях духовных академий и семинарий второй половины XIX −начала ХХ вв. (по архивным данным)

 Кузоро К.А. Преподавание истории и обличения церковного раскола на миссионерских отделениях духовных академий и семинарий второй половины XIX - начала XX вв.: по архивным данным / Макарьевские чтения: материалы восьмой международной конференции (21 - 23 ноября 2009 года) / отв. ред. В. Г. Бабин. - Горно-Алтайск : Горно-Алтайский гос. университет, 2009. - С. 43-48.

 В XIX столетии была подготовлена почва для серьезного научного исследования старообрядчества. В начале царствования Александра I правительство и духовенство стало уделять значительное внимание вопросам реформирования духовного образования. В 1808-1814 гг. в области духовного образования была проведена реформа, основные принципы которой разработал Санкт-Петербургский викарий (позднее Киевский митрополит) Евгений Болховитинов (1767-1837). Цель преобразований состояла в повышении общеобразовательного уровня духовных учебных заведений, в развитии богословской науки, в пробуждении самостоятельного мышления учащихся, что в итоге должно было привести к приданию «академическому образованию более научного, а не дидактического характера».1 В итоге первая половина XIX века стала временем становления церковной науки - богословия, патристики, церковной истории и права. Реформа 1808-1814 гг. дала импульс развитию отечественной церковной науки, действия которого хватило на все XIX столетие.

 В связи с успехами богословской науки и повышением образовательного и культурного уровня духовенства в богословской среде поменялись взгляды и на старообрядчество. Староверие начинает рассматриваться как историко-культурное явление, которое необходимо понять и изучить. С начала 50-х годов XIX века предпринимаются шаги по организации в духовных академиях и семинариях отделений для изучения старообрядчества.

 Для того чтобы составить представление о деятельности миссионерских отделений, обратимся к материалам Центрального исторического архива Москвы (ЦИАМ) и Российского государственного исторического архива г. Санкт-Петербурга (РГИА СПб.). Дела из фондов Московской духовной академии (ЦИАМ Ф. 229 - фонд охватывает период 1802-1921 гг.) и Петроградской духовной академии (РГИА СПб. Ф. 277 - период с 1808 по 1920 гг.), представленные отчетами о деятельности миссионерских отделений, программами преподаваемых дисциплин, перепиской с научными учреждениями, дают дополнительное представление о развитии духовных академий и об изучении в них истории старообрядчества.

 28 августа 1853 года Духовно-учебное правление при Синоде отправляет правлению Московской духовной семинарии секретную записку, в которой предлагает «в видах усиления действующих по разным местам духовных миссий, образовать при духовных академиях из наличных студентов и из священнослужителей, кои изъявят на то желание, по небольшому отделению, для особого приготовления их на дело с раскольниками, как в видах прямых миссионеров, так и в виде священников при церквах единоверческих и православных, где есть раскольники».2

 Ответом на эту секретную записку стал проект организации учебной деятельности миссионерских отделений профессора церковной истории Александра Васильевича Горского (1812-1875). Профессор считал, что для успешной миссионерской деятельности студентам необходимо знать русскую церковную археологию: «подробное знание церковных обрядов и учреждений древности может служить запасом оружия против ложных раскольнических мнений и руководством в полемике против них»; историю церковного раскола в России: «его разветвление по сектам и толкам, его распределение по местностям, главные опоры, на которых он держится, частные правила и обряды сект»; полемику против раскола: «во-первых, необходимо обозрение полемических сочинений раскольников и опровержений православных против раскольников; во-вторых, опровержение общих начал раскола и частных мнений поповщины, беспоповщины и духоборческих сект».3 Проект А.В. Горского был реализован: в открывшихся вскоре миссионерских отделениях семинарий и академий действительно преподавали русскую церковную археологию, историю церковного раскола в России, противостарообрядческую полемику.

 В 1853 году при Санкт-Петербургской и Московской духовных академиях были учреждены отделения по изучению старообрядчества для подготовки миссионеров. В 1854 году миссионерские отделения были открыты при Казанской духовной академии и семинарии. Кроме того, при Казанской духовной академии было решено начать издание духовного журнала «с преимущественным направлением его против раскола в разных видах», получившего название «Православный собеседник». Для занятий на миссионерских отделениях и для «основательного изготовления статей в означенный журнал» в Казань были высланы собрания печатных и рукописных книг из библиотек Ниловой пустыни и Соловецкого монастыря.4

 Ко времени открытия в духовных академиях кафедр по изучению старообрядчества относится и оформление в самостоятельную отрасль истории старообрядчества. Судя даже по официальному названию дисциплины - «история и обличение русского раскола», задачи, поставленные перед ней, были преимущественно полемические: исторический анализ старообрядчества должен был применяться для его опровержения. Главная заслуга в постановке научного подхода к изучению старообрядчества принадлежит двум известнейшим деятелям русской церкви - митрополиту Санкт-Петербургскому и Новгородскому Григорию (Постникову) (1784-1860) и митрополиту Московскому и Коломенскому Макарию (Булгакову) (1816-1882). В середине 50-х годов XIX века выходят в свет произведения, оказавшие невиданное ранее воздействие на всю последующую синодальную историографию старообрядчества: «Истинно древняя и истинно православная Христова Церковь. Изложение в отношении к глаголемому старообрядству» митрополита Григория (Постникова) (1854) и «История русского раскола, известного под именем старообрядства» митрополита Макария (Булгакова) (1855). Труд митрополита Григория (Постникова) поставил на научную основу противостарообрядческую полемику, а благодаря произведению митрополита Макария (Булгакова) ученые начинают интересоваться исследованием старообрядчества в перспективе истории церкви и государства.

 Митрополит Григорий, ректор Санкт-Петербургской духовной академии, приобретал необходимую для обучения богословскую литературу, заботился об издании исторических источников: им было положено начало перевода на русский язык трудов византийских историков. При его содействии были открыты миссионерские отделения при духовных академиях и семинариях в Санкт-Петербурге, Москве, Казани и Киеве; а с 1854 года в Санкт-Петербурге началась подготовка священников различных епархий к миссионерской деятельности. Являясь крупным специалистом по истории старообрядчества, митрополит Григорий собирал старообрядческие рукописи и секретные отчеты Министерства внутренних дел о состоянии старообрядчества.

 В декабре 1858 года митрополит Григорий представил в Синод проект создания в селе Грузине Новгородской губернии миссионерского института. Этот проект остался нереализованным, но подготовительные распоряжения о создании миссионерского института сохранились в фонде Московской духовной академии Центрального исторического архива Москвы. В указе Синода «О направлении воспитанников семинарий в миссионерский институт» разъяснялось, что по проекту институт должен был представлять «особое от обыкновенных духовных училищ заведение, в которое бы собираемы были способные молодые люди из всех семинарий и образовались к достойному прохождению миссионерских обязанностей между язычниками, магометанами и раскольниками во всех местах, где такие миссионеры будут нужны».5 Основным условием для лиц, готовящихся поступить в миссионерский институт с семилетним сроком обучения, должно было быть «искреннее со стороны их желание и совершенная готовность посвятить себя всецело тому великому служению, на которое они призываются». Вторым условием было «безукоризненное поведение означенных лиц и достаточные познания их в тех предметах, которые преподавались им в семинариях». Третье условие состояло «в крепком и способном переносить климатические перемены тело-сложении».6

 Донесения Санкт-Петербургской духовной академии в духовно-учебное управление при Синоде сообщают, в чем заключалось преподавание в академии истории старообрядчества: «излагалась История русского раскола главным образом по руководству, изданному преосвященным Макарием, епископом Тамбовским под названием «История русского раскола, известного под именем старообрядства», с пополнениями из других пособий и источников. В 1856-1857 году излагалась старообрядческая библиография, причем рассмотрены все замечательные сочинения раскольников, какие имеются в Академической библиотеке, и, кроме того, многие рукописи раскольнические из библиотеки бывшего ректора Академии Макария, епископа Тамбовского. На этот предмет обращено было особенное внимание и рассмотрено больше сорока раскольнических сочинений».7

 За обеспечение миссионерских отделений учебной литературой был ответственен Синод. Реестр книг, предназначенных к отправке в академии и семинарии, был таков: «Розыск о раскольнической брынской вере» митрополита Димитрия Ростовского, «Увещание к раскольникам» митрополита Платона (Левшина), «Беседы к глаголемому старообрядцу» митрополита Филарета (Дроздова), различные наставления для священников в беседах со старообрядцами. Так же предписывалось снабдить семинарии и академии «книгами и рукописями, обращающимися между раскольниками, частию для ближайшего усмотрения оснований и подробностей раскольнических мнений, частию для употребления против них собственного оружия». Следует обратить внимание на появление нового подхода к хранению и использованию старообрядческих книг. Если ранее отобранные у староверов книги из духовных консисторий отправлялись в Синодальную библиотеку, где накапливались «бесполезным бременем, не имея такой важности, чтобы заслуживали войти в ее состав», то теперь с книгами предписывалось поступать следующим образом: «один экземпляр книги или рукописи отдавать в библиотеку Московской духовной академии; второй экземпляр (буде есть) отдавать в Казанскую академию, которая имеет по сему предмету особое поручение Святейшего Синода, и, как известно, нуждается в пособиях сего рода; третий и четвертый экземпляры (буде окажутся) отдавать в библиотеки Московской и Вифанской семинарий... Если за сим еще останутся книги и рукописи: список оных представить Святейшему Синоду для назначения в другие библиотеки».8
Правления семинарий Московского духовного учебного округа (Вифанской, Тульской, Рязанской, Калужской, Ярославской, Вологодской, Костромской) ежегодно писали донесения в правление Московской духовной академии о ходе занятий на миссионерских отделениях. Рассмотрев их, мы можем представить целостную картину преподавания на миссионерских отделениях семинарий.

 В первой половине 60-х годов XIX века на миссионерских отделениях семинарий обучалось от 10 человек (в Вологодской и Владимирской семинариях) до 105 человек (в Московской семинарии).9 На миссионерском отделении Московской духовной академии обучалось от 14 до 20 человек.10

 Двумя основными учебными пособиями для семинарий были «История русского раскола, известного под именем старообрядчества» митрополита Макария (Булгакова) и «Истинно древняя и истинно православная Христова Церковь» митрополита Григория (Постникова). Так же, как «весьма полезные пособия к знанию раскола» изучались следующие сочинения: «Увет духовный» Афанасия Холмогорского, «Розыск» Димитрия Ростовского, «Пращица» архиепископа Питирима, «Полное историческое известие о древних стригольниках и новых раскольниках» А.И. Журавлева, «Беседы к глаголемому старообрядцу» Филарета Дроздова, «Истина святой Соловецкой обители» архиепископа Игнатия, «Русский раскол старообрядства» А.П. Щапова, сочинения И.Ф. Нильского. На занятиях миссионерского отделения рассматривались почитаемые староверами книги: Книга о вере, Кириллова книга, Большой Катехизис, старопечатные богослужебные книги, а так же старообрядческие сочи-нения: «Соловецкая челобитная», «История об отцах и страдальцах Соловецких», «Керженские ответы», «История о бегствующем священстве».

 Занятия со студентами проводились по двум основным направлениям - историческому и полемическому. На исторических занятиях рассматривалась история церковного раскола с момента его возникновения, история старообрядческих согласий, история русского сектантства. Предмет полемических занятий состоял в учении «об общих раскольнических мнениях, о частных мнениях сект поповщинской и беспоповщинской».11

 Ученики миссионерского отделения занимались написанием сочинений, «которыми имелось в виду познакомить их с практическими правилами и наставлениями в обхождении и беседе с раскольниками при деле обращения староверов к православию». Эти сочинения «для большего уяснения воспитанниками правильного взгляда на дело, были потом критически разбираемы в классе, с указанием как хороших сторон в них, так и недостатков».12 На занятиях студенты получали и практические знания «о способах собеседования и обращения миссионеров с раскольниками... с указанием на предметы, о коих священнику-миссионеру надлежит преимущественно и, прежде всего, говорить раскольникам при увещании их».13

 В 1867 году история старообрядчества стала факультативным предметом, так как учение о церковном расколе содержалось в курсах догматического богословия и русской церковной истории. Но, поскольку число старообрядцев росло, и, исходя из этого, требовалось искать новые методы воздействия на него, в 1881 году Синод разрешает вновь открыть в академиях самостоятельные кафедры по изучению старообрядчества с введением предмета в круг общеобязательных наук. Цель преподавания предметов по истории старообрядчества Синод видел в том, чтобы «приготовить будущих пастырей Церкви к успешной борьбе с заблуждающимися». При этом, преподавание наук о старообрядчестве «должно отличаться полным научным беспристрастием, должно быть безусловно чуждо вражды к заблуждающимся и укоризненных отзывов об их, иногда странных верованиях».14

 Высокий уровень постановки преподавания истории и полемики со старообрядчеством дал свои результаты. В последней трети XIX - начале ХХ вв. число исследований старообрядчества значительно возросло, расширилась их проблематика, увеличилась источниковая база. В конце XIX века были изданы талантливые учебные пособия для духовных семинарий, содержащие полную и хорошо структурированную информацию о старообрядчестве. Среди учебной литературы особо следует выделить пособия Н.И. Ивановского «Руководство по истории и обличению старообрядческого раскола с присовокуплением сведений о сектах рационалистических и мистических» (1887), К.Н. Плотникова «Руководство по обличению русского раскола, известного под именем старообрядчества» (1892), П.С. Смирнова «История русского раскола старообрядства» (1893).

 К началу ХХ столетия синодальная историография старообрядчества, вобрав в себя все прогрессивные тенденции светской и церковной исторической науки, достигла своего апогея, создав исторические исследования, весьма актуальные для изучения истории раскола русской православной церкви и в настоящее время. Церковные историки XIX - начала ХХ вв. проделали огромную работу по созданию источниковой базы для изучения старообрядчества и открыли ее для широкого круга читателей. Очень значим интерес церковных историков к религиозной стороне старообрядчества, оставленной практически без внимания светской историографией XIX - начала XX вв., игнорируемой в советское время, и оказавшейся востребованной сейчас. Беспрецедентный опыт, накопленный церковными историками, представляет безусловную научную значимость для современных исследователей старообрядчества.


  1. Чиркова Н. Ю., Шляпникова Е. А. Евгений Болховитинов - ученый и архиерей // Вопросы истории. 2000. № 11-12. С. 130.
  2. Дело об учреждении миссионерских отделений при Академии и семинариях Московского духовного учебного округа для приготовления деятелей против раскола // ЦИАМ. Ф. 229. Оп. 2. Д. 2258. Л. 1.
  3. Там же. Л. 8, 9, 10.
  4. См.: Относительно открытия миссионерских отделений при Казанских духовных академии и семинарии; издания при первой из них, журнала «Православный Собеседник» и отсылки из библиотек Ниловой пустыни и Соловецкого монастыря в Казанскую академию старопечатных книг и древних рукописей : указ от 30 апреля 1854 года // Собрание постановлений по части раскола, состоявшихся по ведомству Св. Синода (1801-1858). СПб., 1860. Кн. 2. С. 568-572.
  5. Указ Синода о направлении воспитанников семинарий в миссионерский институт // ЦИАМ. Ф. 229. Оп. 2. Д. 1095. Л. 2.
  6. Там же. Л. 2.
  7. О состоянии миссионерского отделения академии // РГИА СПб. Ф. 277. Оп. 1. Д. 2489. Л. 3.
  8. Дело о снабжении учебной литературой миссионерских отделений академий и семинарий Московского духовного учебного округа // ЦИАМ. Ф. 229. Оп. 2. Д. 2279. Л. 2, 16.
  9. Донесения правлений семинарий Московского духовного учебного округа о занятиях миссионерских отделений в 1864-1865 учебных годах // ЦИАМ. Ф. 229. Оп. 2. Д. 2435.
  10. Донесения семинарских правлений в правление Московской духовной академии о занятиях миссионерских отделений в 1861-1862 учебных годах // ЦИАМ. Ф. 229. Оп. 2. Д. 2388.
  11. Там же. Л. 6.
  12. Донесение правлений семинарий в правление Московской духовной академии о ходе занятий миссионерских отделений // ЦИАМ. Ф. 229. Оп. 2. Д. 2374. Л. 25.
  13. Донесения семинарских правлений в правление Московской духовной академии о занятиях миссионерских отделений в 1864-1865 учебных годах // ЦИАМ. Ф. 229. Оп. 2. Д. 2435. Л. 18.
  14. Смирнов П. С. История русского раскола старообрядства. СПб., 1895. С. 250-251.
Поделиться:  


в разработке

Расколоведение в Минской духовной академии

детекторы валют